Профессор-искусствовед, способный три часа рассказывать вам о зале голландской живописи в Лувре, или «сантехник Гоша» (он же Гога и Жора) со своими мачо-взглядами на жизнь?

Предупредительный эстет, чувствительная душа — или тот, кого в народе называют «настоящим мужиком», имея в виду незатейливый тестостерон, практичность и решительность? 

Знакомый недавно пожаловался: мол, вы, женщины, все стараетесь нас переделать, «облагородить», закатываете истерики из-за брошенных на пол носков, таскаете нас по филармониям, надеетесь, что мы заметим разницу между мясом по-бразильски и мясом по-баварски, дарите нам рубашки лавандового цвета, которые мы никогда не наденем, но при этом именно такого — утонченного и чувствительного — мужчину вы всегда готовы бросить ради самоуверенного и примитивного альфа-самца.

Это огульное обвинение звучало притянутым за уши, но все же в нем что-то было: любой из нас не нужно даже напрягаться, чтобы припомнить пару случаев из жизни, когда женщина выбирала более решительного и «мужественного» партнера, даже если он понятия не имел, для чего нужна соусница на столе (да и скатерть, если уж совсем откровенно).

Влечение к выраженному «мужскому» — биологическая реальность.

Проявление силы, самоуверенности и умения одновременно одной рукой настраивать вам WiFi на планшете, а другой — собирать гардеробный шкаф при нехватке трех болтов и шести гаек, — все это запускает где-то внутри нас ту же дрожь неосознанного восторга, которую испытывают и мужчины.

Только в их случае реакцию вызывает наше интуитивное «женское».

Но ставить точку после этой мысли в корне неправильно: на глубинной биологии все и близко не замыкается, потому что на нас, существ разумных и облагороженных культурными слоями, воздействует еще куча факторов, которые влияют на наш выбор, возможно, даже больше, чем примитивные инстинкты. Для начала это место действия и конкретные потребности.

Во время войны женщине от мужчины в первую очередь нужна как раз агрессивная сила и защита, причем в самом практическом смысле слова.

В нынешней городской жизни женщине подобные мужские качества почти без надобности: проявление силы чревато семейным насилием или драками с другими носителями избыточного тестостерона, а защита необходима разве что финансовая, в виде регулярно приносимой домой зарплаты.

На первый план выходят совсем другие предпочитаемые качества: социальность, светскость, желание разделить с женщиной заботы о хозяйстве и детях — то, что традиционно не считается сильными мужскими сторонами.

Со стороны может показаться, что женщины требуют от мужчин невозможного или чего-то им не свойственного, но в реальности они просто пытаются удовлетворить текущие потребности.

При этом на другом конце страны, в каком-нибудь фермерском хозяйстве, женщине опять же больше нужна в мужчине сила, работоспособность, практичность, а не любовь к симпатичному фарфору и кашемировым джемперам, и это определяет ее выбор.

Мужчины свои вкусы подстраивают под обстоятельства таким же образом: фермер скорее предпочтет крепкую, энергичную и жизнерадостную женщину патриархального типа, а светский лев — изысканную меланхоличную модницу с формами и взглядами, крайне далекими от биологических шаблонов.

Потом еще фактор образованности, который — парадокс — работает с диаметрально противоположным результатом.

Казалось бы, образованная, культурная, утонченная женщина, этакая любительница Равеля, фанатка Оскара Уайльда и создательница блога о моде XIX века, должна бы однозначно делать выбор в пользу соответствующего мужчины, того, кто по крайней мере понимает, о чем она говорит, но в реальности все может произойти с точностью до наоборот.

Несколько лет назад европейские социологи проводили исследование и с удивлением обнаружили, что как раз образованным самостоятельным женщинам свойственны самые заметные перепады: они чаще всего либо выбирают такого же рафинированного эстета и умницу, как они сами, либо бросаются в объятия мужчин, которые в отношениях с женщиной и вообще по жизни ведут себя, как викинги-завоеватели добрую тысячу лет назад. Возможно, дело в том, что нам всем хочется не только понимания и равноправия в отношениях, но и равновесия, а значит, определенной противоположности в лице мужчины.

И если ты вся такая в туманах, облаках и стихах Китса, то тебе вполне может быть необходим мужчина, который будет тащить тебя сплавляться на байдарках в отпуск.

Нельзя забывать и про фактор моды, текущей культуры и общественных предпочтений. Если здесь и сейчас в моде типаж «добытчика», наглого деляги и «мачо», то и склонность женщин к таким мужчинам растет в геометрической прогрессии.

С культурой вообще все просто: один какой-нибудь мистер Дарси, распиаренный телеканалом ВВС и Колином Фертом, способен сменить шаблон эталонного «принца» на несколько десятилетий в коллективном женском бессознательном.

Но все же главный фактор, который перебивает и биологию, и внешние влияния, и обстоятельства, — это личные предпочтения.

К счастью, нам нравятся разные мужчины, как мужчинам нравятся разные женщины.

Как бы ни старались коучи по отношениям обобщить и внушить нам, что, чтобы тебя любили и желали, ты должен быть таким и сяким, разнообразие предпочтений разбивает в пух и прах все хитроумные стратегии и позволяет найти «мужчину мечты» или «женщину мечты», оставаясь при этом самим собой.