Для многих женщин по всему миру после череды скандалов с сексуальными домогательствами «мужчина» теперь означает «секс-агрессор». Но тем из нас, кто не разучился вести себя пристойно, грань между флиртом и приставаниями ясна как день.

Раньше ухаживать за женщиной было легко. Две пары глаз встречали друг друга в темноте клуба или при свете дня в офисе. Язык тела начинал разговор, включались законы привлекательности; первый обмен репликами, и пошло-поехало.

Сейчас в клубы уже никто не ходит, танцполы опустели, а офисный флирт – по ходу которого когда-то вас бы просто ненавязчиво отшили, «без обид!» – нынче может запросто закончиться обвинением в харассменте. Ни дня не проходит, чтобы не прищучили очередную большую шишку; причем за проступки в самом широком диапазоне – от злостных покушений до слишком настойчивых попыток познакомиться и пошлых эсэмэсок. В «мире после Вайнштейна» мужчины все чаще задаются вопросом: осталось ли у нас право на флирт?

Есть мнение, что мы вступили в эпоху сексуальной контрреволюции, где свободы, завоеванные за последние полвека, отзовут и отменят; в нагрянувшую после серии секс-скандалов эру неопуританизма, когда сам факт сексуальной заинтересованности вызывает подозрение.

Тем не менее у меня для вас хорошие новости: разоблачение секс-хищников не означает смерти половой жизни. Да, происходит долгожданное переосмысление того, как мужчины должны относиться к женщинам, особенно – на работе.

Но моральный императив никуда не делся: женщина нуждается в мужчине, а мужчине нужна вторая половинка. Человечество не вымрет лишь из-за того, что несколько свиней-миллионеров вконец распоясались. Да, секс-этикет подвергся коррекции, но это не значит, что нам отказано вожделеть предмет своих желаний.

Просто ухаживать за этим предметом придется по-другому.
Кто мог предположить, что институт сводничества снова войдет в моду? Первые свадебные агентства были основаны священниками в Англии и Уэльсе в конце XVIII века, а сегодня – впервые за три столетия – они перестали быть прибежищем неудачников.

Новейшая подвижка в мире dating apps – приложения вроде Tinder Select, Raya, The League и Mensa Match, целевая аудитория которых – одинокие топ-менеджеры, модели, тоскующие без любви, и селебрити, которым некого приласкать субботним вечером.

Разумеется, грезить о том, что в тиндере тебя ждет супермодель, мечтающая о тихой семейной жизни, – неоправданный оптимизм.

Считайте, что вам повезло, если получится познакомиться с кем-то, кто похож на свою фотографию. Принц Гарри встретил Меган Маркл не в телефоне, их познакомил общий друг, что в мире флирта – уже настоящий олд-скул.

Гарри и Меган – отличный пример того, что «знакомство по старинке» по-прежнему работает, а большая любовь не рождается в мобильных приложениях, из 280 букв или менее.

Но флиртовать онлайн и правда соблазнительно легко. Инстаграм-влюбленность, двусмысленный намек в твиттере, помахать в фейсбуке.

Телеведущая Мелани Сайкс познакомилась со своим последним мужем в твиттере. Онлайн-флирт гальванизирует сердечную активность: вам постоянно мерещится, что «та самая» находится на расстоянии в один клик.

Но постепенно все эти улыбающиеся лица сливаются в одно: в цифровом океане слишком много рыбы и она выскальзывает из рук.

Пятнадцать минут в приложении – и вы уже Хью Хефнер в своем Playboy Mansion пятничным вечером: выбирай не хочу. Классное ощущение. Но технологии предлагают столько же способов потерять любовь, сколько и обрести ее.

В вопросах неверности ни один смартфон не может похвастаться тем, что он достаточно smart.

Постоянные юзеры приложений для знакомств часто пользуются двумя смартфонами: одним для реального мира, другим для онлайн-флирта.

И правильно: отношения ежедневно рушатся из-за одного имейла или сообщения в вотсапе, прочитанного не тем, кому оно предназначено.

В вопросах неверности ни один смартфон не может похвастаться тем, что он достаточно smart. Поэтому, ухаживая за кем-то, никогда не доверяйте телефону то, что вы не готовы выколоть у себя на лбу.

Смартфоны, шепчущие нежности не в те уши, – еще не самое вредное. Таблетки для повышения потенции – куда опаснее. В начале фильма Джадда Апатоу «Любовь по-взрослому» он и она занимаются жарким сексом в душе, пока мужик не выпаливает: «Как здорово, что я принял виагру!» Женщина реагирует предсказуемо, желая, чтобы он хотел ее, а не «химического секса». «Да, но это же все равно я, – парень не понимает сути претензий. – Только турбозаряженный!»

В том-то и проблема «химического секса». Да, у вас будет стоять куда дольше, и не важно, 20 вам лет, 40 или 60. Если вы возвращаетесь в мир флирта пос­ле долгих лет отсутствия, велик соблазн подсластить камбэк пилюлями. Однако потом с них бывает трудно слезть. Если женщина ложилась в постель с Суперменом, захочет ли она делать это с Кларком Кентом? И сможете ли вы так же убедительно играть роль небессмертного очкарика?

Среди молодежи «химический секс» популярен не меньше, чем у тех, кому за: юнцы пребывают в убеждении, что их поведение в постели должно быть максимально похоже на подвиги порнозвезд. Кино для взрослых очень сильно изменило флирт.

Один клик – и все ваши сексуальные фантазии воплощены, в любое время дня и ночи. Многие семейные психологи сходятся в утверждении, что порно разрушает больше браков, чем неверность.

Не говоря о том, что оно способно угробить любое ухаживание. Если вы иногда смотрите жесткую эротику при лунном свете под бокал вина, используя ее в качестве легкого стимулятора, значит вы берете от нее лучшее. Если же вы относитесь к ней как к любовнице-фаворитке­ – той, что дает вам лучший секс, – то ставите под сомнение успешность реальных отношений и саму возможность счастья в личной жизни.

Взаимное согласие должно быть всегда, так же как и равенство статуса; женщина должна хотеть вашего внимания.
Вступая в волнующий мир флирта, следует принять тот факт, что бóльшая часть ваших попыток не увенчается ничем.

Когда женщина в вас не заинтересована, когда вас отвергают, прочитайте знаки сразу же и ведите себя соответственно. Все секс-скандалы происходят из-за того, что агрессор злостно игнорирует сигналы, посылаемые женщиной. Когда Дэвиду Боуи его самого промискуитетного периода как-то раз ничего не обломилось с женой другой рок-звезды, он отшутился: «Кто попробовал, тот не виноват».

Мне всегда казалось, что эта пацанская реплика – самая нехарактерная из всего произнесенного Боуи. Но это и самая правильная вещь, которую можно сказать в подобной ситуации. В ситуации, когда женщина не хочет, чтобы к ней прикасались.

Взаимное согласие должно быть всегда, так же как и равенство статуса; женщина должна хотеть вашего внимания.

Так все и должно быть, но так было отнюдь не всегда. Что ж, эпоха офисных игр в формате «новая секретарша ищет степлер» осталась в прошлом – скатертью дорожка.

Отныне недопустимо использовать свою должность в сексуальных целях. Флиртовать по-прежнему комильфо, но только если вы умеете правильно распознавать ответные сигналы. А как раз это и отказываются делать секс-хищники.

Когда женщине неинтересно, мужчина должен вести себя как джентльмен – улыбнуться и отправиться восвояси. Не важно, 17 вам лет или 70, – правила флирта неизменны.

Новое золотое правило флирта – не заигрывай с теми, над кем имеешь власть. С кем-то моложе, ниже вас по служебной лестнице, с кем-то, у кого меньше связей, чем у вас. Проявление сексуального интереса, неотличимое от жлобского наезда, – вот что поставило точку в карьере Харви Вайнштейна. С ровней можешь флиртовать сколько угодно. Пуб­лично вожделеть не равного тебе по положению – неправильно, но мужики всегда это делали. Однако то, что вам покажется трепом, для нее – харассмент.

Дрочить в горшок с комнатным растением, чтобы завоевать сердце женщины, – неподобающий стиль поведения.

Колумнистка Джейн Мур вспоминает, как по ходу редколлегии в газете Sun появление пышногрудой коллеги вдохновило одного из присутствующих на остроту: «Кто-нибудь заказывал надувной зáмок?» На что объект остроты, покойная журналистка Сью Кэрролл, ответила: «Рядом с вами я не сяду – надоело отфутболивать детские пиписьки». Взаимозачет, инцидент исчерпан. Сью была взрослой, уверенной в себе женщиной. Но нельзя отпускать остроты по поводу бюстов в адрес женщин, неспособных ответить вам должным образом.
Сексуальное притеснение, маскирующееся шуточками, отныне недопустимо. И отлично! Давно пора свести секс-этикет с хорошими манерами. Другим, однако, в этом видится закат цивилизации. Существует форма феминизма, направленная на «истязание мужчин», написал Дуглас Мюррей в Spectator и задался вопросом: «Выживет ли секс?» Позвольте высказать предположение: да, выживет. Разоблачение нескольких десятков притеснителей не пророчит конец секса. Один колумнист Times средних лет пожаловался, что теперь ему заказано улыбаться ­девушкам и посылать поцелуйчики коллегам с работы в электронном письме. Но с какой стати вообще посылать поцелуйчики кому-то с работы? Маме еще куда ни шло – но не коллегам по офису.

Законы привлекательности до сих пор функционируют, и никуда они не денутся. Именно поэтому сайты знакомств ставят самых симпатичных в начало очереди. Никакого фундаментального сдвига в нашем отношении к сексу не происходит; происходит сдвиг в отношении к флирту. По-моему, мы стоим на пороге золотого века флирта. Найти любовь несложно, сложнее сохранить ее.

Со всеми соблазнами современного флирта – поисками партнера онлайн, «химическим сексом», эсэмэс-сексом – это будет делать еще сложней. И тем не менее есть миллионы женщин, которые могли бы полюбить вас. Все дело во времени. Жизни не хватит на то, чтобы любить четверых или пятерых из них, а это абсолютный максимум.

Ухаживайте за ними как следует и наслаждайтесь каждой секундой.

Перемены в том, как мы относимся к женщинам, приведут к тому, что мы станем меньше досаждать тем, кто нами не интересуется, меньше эксплуатировать их, меньше издеваться над ними. Отношения мужчин и женщин станут добрее, честнее и здоровее.

Идея о том, что это приведет к концу секса, абсурдна. Как поется в старой песне, «мир всегда будет встречать влюбленных с распростертыми объятиями».